Уральские самоцветы – Imperial Jewellery House

[42165324385]

Русские Самоцветы в мастерских Imperial Jewelry House
<br>Ювелирные мастерские Imperial Jewelry House десятилетиями занимались с самоцветом. Вовсе не с любым, а с тем, что нашли в регионах на пространстве от Урала до Сибири. «Русские Самоцветы» — это не просто термин, а определённое сырьё. Кварцевый хрусталь, добытый в зоне Приполярья, обладает особой плотностью, чем альпийские образцы. Шерл малинового тона с берегов Слюдянского района и тёмный аметист с Приполярного Урала показывают микровключения, по которым их легко распознать. Ювелиры бренда распознают эти нюансы.<br>

Принцип подбора
<br>В Imperial Jewellery House не создают набросок, а потом ищут минералы. Нередко всё происходит наоборот. Появился минерал — родилась задумка. Камню доверяют определять форму украшения. Огранку выбирают такую, чтобы не терять вес, но показать оптику. Иногда самоцвет хранится в хранилище долгие годы, пока не обнаружится правильная пара для серёг или ещё один камень для пендента. Это неспешная работа.<br>

Часть используемых камней

Демантоид (уральский гранат). Его обнаруживают на Урале (Средний Урал). русские самоцветы Травянистый, с сильной дисперсией, которая выше, чем у бриллианта. В огранке требователен.
Александрит. Из Урала, с характерным переходом цвета. В наши дни его почти не добывают, поэтому используют старые запасы.
Голубовато-серый халцедон с мягким серо-голубым оттенком, который именуют «камень «дымчатого неба»». Его месторождения находятся в Забайкальском крае.

<br>Огранка и обработка самоцветов в Imperial Jewellery House часто ручной работы, устаревших форм. Используют кабошоны, «таблицы», комбинированные огранки, которые не стремятся к максимальному блеску, но подчёркивают естественный рисунок. Элемент вставки может быть не без неровностей, с оставлением кусочка матрицы на изнанке. Это сознательный выбор.<br>

Металл и камень
<br>Металлическая оправа служит обрамлением, а не центральной доминантой. Золото используют разных оттенков — красное для топазов с тёплой гаммой, жёлтое для зелёной гаммы демантоида, светлое для холодного аметиста. В некоторых вещах в одной вещи соединяют несколько видов золота, чтобы получить градиент. Серебряные сплавы используют эпизодически, только для специальных серий, где нужен прохладный блеск. Платину как металл — для больших камней, которым не нужна конкуренция.<br>

<br>Финал процесса — это изделие, которую можно узнать. Не по логотипу, а по манере. По тому, как посажен камень, как он развернут к свету, как устроен замок. Такие изделия не выпускают партиями. Даже в пределах одной пары серёг могут быть нюансы в оттенках камней, что является допустимым. Это естественное следствие работы с естественным сырьём, а не с синтетикой.<br>

<br>Следы ручного труда сохраняются видимыми. На изнанке кольца-основы может быть не удалена полностью литниковая дорожка, если это не влияет на комфорт. Штифты креплений крепёжных элементов иногда оставляют чуть толще, чем нужно, для прочности. Это не грубость, а свидетельство ручной работы, где на главном месте стоит служба вещи, а не только картинка.<br>

Связь с месторождениями
<br>Imperial Jewellery House не приобретает Русские Самоцветы на биржевом рынке. Существуют контакты со артелями со стажем и частниками-старателями, которые годами поставляют материал. Умеют предугадать, в какой закупке может встретиться неожиданный экземпляр — турмалиновый камень с красным «сердцем» или аквамарин с эффектом «кошачьего глаза». Порой доставляют друзы без обработки, и решение об их распиле остаётся за совет мастеров. Права на ошибку нет — уникальный природный объект будет утрачен.<br>

Представители мастерских ездят на прииски. Важно понять среду, в которых минерал был образован.
Закупаются партии сырья целиком для сортировки внутри мастерских. Отсеивается до восьмидесяти процентов материала.
Оставшиеся камни проходят первичную оценку не по формальным критериям, а по мастерскому ощущению.

<br>Этот метод идёт вразрез с современной логикой поточного производства, где требуется стандарт. Здесь стандарт — это отсутствие стандарта. Каждый ценный экземпляр получает паспорт с фиксацией месторождения, даты получения и имени мастера-ограночника. Это служебный документ, не для заказчика.<br>

Трансформация восприятия
<br>Русские Самоцветы в такой огранке становятся не просто просто вставкой-деталью в изделие. Они выступают объектом, который можно рассматривать самостоятельно. Перстень могут снять с пальца и положить на поверхность, чтобы видеть игру света на гранях при другом свете. Брошь можно перевернуть тыльной стороной и рассмотреть, как выполнена закрепка камня. Это задаёт иной тип взаимодействия с вещью — не только ношение, но и наблюдение.<br>

<br>По стилю изделия не допускают буквальных исторических цитат. Не делают точные копии кокошников или старинных боярских пуговиц. Тем не менее связь с традицией присутствует в масштабах, в выборе сочетаний цветов, отсылающих о северной эмальерной традиции, в ощутимо весомом, но удобном ощущении вещи на руке. Это не «новое прочтение наследия», а скорее перенос старых принципов работы к современным формам.<br>

<br>Ограниченность сырья задаёт свои правила. Коллекция не выпускается ежегодно. Новые поступления случаются тогда, когда собрано достаточное количество качественных камней для серии работ. Бывает между крупными коллекциями могут пройти годы. В этот период создаются штучные вещи по архивным эскизам или дорабатываются долгострои.<br>

<br>В результате Imperial Jewellery House существует не как фабрика, а как ремесленная мастерская, привязанная к определённому minералогическому источнику — Русским Самоцветам. Цикл от добычи камня до итоговой вещи может длиться непредсказуемо долго. Это медленная ювелирная практика, где временной ресурс является невидимым материалом.<br>

[投稿者]

投稿